asterrot (asterrot) wrote,
asterrot
asterrot

Categories:

Концепты

Естественное право и органическое государство

К  органической теории нации (а ткж происхождения языков), как многие помнят, я отношусь весьма и весьма критично. Однако же, нельзя не признать и наличия в ней зерна здравого смысла. Хотя пост не совсем о том.

Конструктивная теория происхождения нации находит причины появления и существования наций в сознательной, рациональной и целесообразной деятельности немногочисленной элиты и руководимого ею бюрократического аппарата, выступающих от имени придуманного ими "государства". Органическая теория находит эти причины в бессознательных, по преимуществу, процессах в огромных массах людей (а в радикальном случае органического мифа - в факторах нечеловеческого происхождения - "эгрегорах", "ландшафтах", "пассионарных толчках" и те де).

Конструктивная теория происхождения нации представляет собой частный случай теории фикции юридического лица, тогда как органическая теория представляет частный случай органической теории юридического лица. Ведь нация (и ее высшая форма - государства), в теории, есть не что иное, как юридическое лицо международного права (учрежденное актом взаимного признания совокупностью "государств", - например, "объединенных наций" Ялтинской системы).

Теория фикции имеет этатистский характер. Если юрлицо (гражданского права) возникает в момент регистрации его государством, то государство, в лице бюрократии, является производителем юридических лиц и как бы сдает их в аренду пользователям. Если юридические лица возникают сами по себе, как особые разновидности группового взаимодействия, а государство лишь вступает с уже возникшим юрлицом в какие-то взаимоотношения (в частности, "продает", за налоги, силовые услуги), то роль бюрократии пассивная - не мешать гражданскому обществу развиваться, через развитие своих "органелл".

Понятно, что в реале имеют место оба вида процессов: и независимое от государства образование команд (исключение: русские, с их полной неспособностью к самоорганизации), и учреждение устойчивых групп государством. В чистом виде первые ("органические") группы представлены мафиями, а вторые ("конструктивные") - госучреждениями. Большинство же юрлиц имеют переходный, между мафией и госучреждением, характер.

Теория фикции утверждает, что юридическое лицо вообще не имеет собственной природы. Будто бы это метафора, скрывающая сложные комбинации юридических техник, разложимые на множество простых составляющих. Т. е. посредством метафоры юрлица группы физлиц (учредители, акционеры, менеджеры, производители продуктов или услуг, "крыша", потребители производимых под вывеской юрлица товаров и услуг, поставщики необходимых для его деятельности товаров и услуг) вступают между собой в сложные, но принципиально разложимые до атомарных элементов бытового уровня, отношения.

Нетрудно заметить, что противоречие между теорией фикции и органической теорией есть противоречие между левой идеей материализма и правой идеей реализма. В этом плане, всякий, кто считает, что целое всегда равняется сумме его составляющих, является левым, а тот, кто считает, что целое всегда больше суммы своих составляющих - правый. Откуда, в конечном счете, берется "недостающая масса"? Правые полагают, что она скрывается в "трансцендентном".

Трансцендентное - это обратная сторона представления о принципиальной ограниченности человеческого опыта. Никто никогда не обладает абсолютной, раз и навсегда исчерпывающей, полнотой информации относительно реальности в целом и отдельных ее объектов (но не относительно конвенциальных правил, при помощи которых мы их описываем).

Можно ткж показать, что в своей основе левачество восходит к солипсизму, к такому представлению объективного мира, при котором он полностью задается конвенциями (номосом). Согласно такому представлению, объективная реальность априори представляет собой "первозданный хаос", которому, при желании, возможно придание любых, волюнтаристски заданных, очертаний. К этому магическому мировоззрению восходит и демокритовская теория языка (а стало быть, и близкие францисканцам средневековые номиналисты), и демокритовская же теория атомов. Те же корни (хотя и скрытые в массиве культурного бэкграунда) имеет и теория постиндустриального общества.

Если "гражданское общество", иначе именуемое "нацией", представляет собой сумму произведенных государством актов регистраций, то нация, как феномен, отличный от составляющих ее граждан, является "собственностью" государства, а простой гражданин - бесправным "винтиком", рабом государственной бюрократии. Если же "гражданское общество" ("нация") возникает, как результирующая миллионов лишь отчасти рациональных воль, то сама бюрократия является рабом социально активной части населения (которой общество "делегировало", "передало в доверительное управление" свою волю).

Если нация и ее высшая форма - государство - возникают из деятельности масс и представляют собой "коллективные организмы" (типа муравейника, или пчелиного роя), то им, с необходимостью, должна быть присуща некая индивидуальная морфология, некая трансцендентная индивидуальной деятельности "программа" (экономический случай которой носит название "невидимой руки рынка"). Эта "программа" должна иметь четкую внутреннюю логику, иными словами, нация не может возникнуть абы как, а только по строгим объективным законам. Напротив, конструктивная теория предполагает более-менее свободное творчество "Хозяев" относительно массового материала.

Таким образом, мы имеем всего две принципиальные идеологии. Либо элита, выступающая под псевдонимом "государства", вправе принимать любые законы и делать с населением все, что ей вздумается, либо существует естественное право, ограничивающее произвол, за счет прогрессирующего падения управляемости при углублении левацко-волюнтаристского крена в государственной политике. Если пресловутый "советский эксперимент" можно признать более или менее удачным, то более обоснованна первая идеология. Тогда:
- никакого Трансцендентного не существует (реальность дана в ощущениях, иными словами, Истина известна даже олигофрену);
- не имеют никакого значения личные качества людей (а только родственные связи, идеологическая ангажированность и личная преданность);
- законы могут быть сколь угодно людоедскими (если элите надо, население можно, попросту, уничтожить).

Скажем, вполне нормальным выходом из экономического кризиса могли бы стать такие меры, как эвтаназия стариков, или, допустим. принудительная ампутация лицам интеллектуального труда левых рук (не нужны, а калории потребляют). Уверен, что найдется немало сторонников такого взгляда на вещи (к сожалению, я их уже всех, вероятно, забанил, но обещаю, что в этот раз за людоедские взгляды банить не стану: выступайте адвокатами дьявола на здоровье). Так может быть, людоедство и есть высшая мудрость человеческой жизни?

До сих пор я полагал, что правый взгляд на вещи более верен, за исключением неудачной (по историческим причинам) органической теории "древа". Но ведь я вполне могу и ошибаться. Может быть, реальность и есть чистый, разнузданный хаос? Может, мне имеет смысл переквалифицироваться в кащениты?
Subscribe
Comments for this post were disabled by the author