asterrot (asterrot) wrote,
asterrot
asterrot

Category:

Россия

Как снова стать людьми -2

Я уже писал о генезисе Совка. В 1917-1922 гг (до Генуэзской и Гаагской конференций) это было пусть и своеобразное и вс более извращённое, но продолжение дореволюционной России. Своеобразие и извращённость же проистекали вовсе не из марсисткой идеологии (сегодня, в проэволюционировавшем виде, победившей на Западе в виде теорий "информационного общества" и "постиндустриализма"), а из системного кризиса, связанного с общемировым трендом на колонизацию всё более развитых наций и государств относительно более развитыми нацийми и государствами. Завершалась колонизация Китая, вовсю колонизировались Османская Империя и Персия, начиналась колонизация Австро-Венгрии, Германии и России (процесс был, в значительной мере, сорван, или отложен на сто лет известными историческими событиями).

В ходе колонизации России, произошёл госпереворот в феврале (марте) 1917го года. К сожалению, о том, что тогда происходило, неизвестно вообще ничего. По крайней мере, достоверно неизвестно. Не припоминаю ни одного судебного процесса, где бы полно и содержательно исследовались события февраля (марта), да и всего "революционного" периода 1917-1922 в России. Т. о. настоящих свидетельств тех событий нет, несмотря на обилие "мемуаров" (в основном, написанных февральскими заговорщиками). Поясню разницу.

1. В суде удостоверяется личность свидетеля. Тем самым исключается возможность самозванцев и сознательных подлогов, а ткж свидетельств сумасшедших (одних царевен Анастасий было несколько - а кто поручится, что "следователь Соколов", к примеру, не был мошенником или психом? С "мемуарами" всё гораздо проще. Есть денежный интерес издательства. Есть закулисный интерес различных сил (от ГПУ до ЦРУ). Есть, в конце концов, карьерный интерес родни предполагаемого "автора" мемуаров. В сущности, для публикации достаточно подписи "автора", за которого писать отсебятину может кто угодно.

Знаю, как мой дед отбрыкивался от мемуаров, которые заставлял его писать Главпур. Думаете, на Западе всё сильно иначе? Некому оказывать давление? Авторство и достоверность мемуаров защищены законом? Единственная норма права такого рода - это законы о клевете. Так чтобы под них не подпасть, нужно тупо писать в мейнстриме. А мейнстрим задаётся официальной позицией нового правительства (февралистов, затем большевиков). С какими-то поправками на интересы зарубежных правительств, в пределах их юрисдикций. И попробуй напиши, к примеру, что Царь был мёртв ещё до начала февральского переворота. Это значит, все, кто писал обратное - лжецы и мошенники? А доказать? Это вынуждает свидетелей молчать, а если они и готовы говорить, то их не будут публиковать (это сейчас пиши в Сети, что угодно).

Так что, "мемуары" - это, чаще всего, жадная родня впавшего в маразм "свидетеля", продающая его действительную или поддельную подпись издательству, для которого это "бизнес и ничего личного". Не хуже и не лучше бутлегерства, или наркотиков.

2. Итак, в суде свидетель связан присягой. За дачу ложных показаний он отвечает, в т. ч. своей свободой. Да и сам факт публичности показаний уже налагает ответственность. Нельзя сослаться на редактора, который-де переправил ту, или иную строчку, если будет доказано, что именно в этой строчке - сознательная ложь. Да и времени на обдумывание ложных показаний нет, а оттого есть понимание, что попасться на лжи вполне реально.

3. Наконец, в суде свидетель подвергается перекрёстному допросу. Он не может срезать какие-то острые углы, отделываться ничего не значащими фразами, давать противоречивые показания без вскрытия наличия этих противоречий. Его допрашивают профессионалы-юристы, он обязан отвечать на все вопросы, в т. ч. "закрытые" (на которые возможен ответ только "да" или "нет". От ответа на неудобные вопросы никак не уйти. Это заставляет свидетеля быть гораздо правдивее, чем в ничего не значащем трёпе в мемуарах (даже если он действительно их написал, или хотя бы прочитал). А уж если он врёт, то вероятность его заловить на порядке выше, чем при анализе продажными публицистами от истории (честный историк не обладает сопоставимыми с официальными сторонами судебного процесса полномочиями и возможностями, а кроме того, не будет никому со своими исследованиями известен и значение его, с т. зр. влияния на общественное мнение, т. е. на нас с вами, равно нулю).
В 1917-22 произошло нечто глубоко мутное, а на поверхности только данные с Гаагской и Генуэзской конференций и дореволюционная официальная информация). События вращались, во-первых, вокруг внешнего долга Российской Империи, а во-вторых, вокруг золотого запаса (захват которого стал точкой начала финансирования "белых" армий). Более всего похоже на то, что англичане, вместе с Францией и США, попытались нагнуть Россию по образцу "Кассы оттоманского долга". Но немного не вышло, и пошли на копромиссный вариант, договорившись с частью местных элит (представленных генералами-панславистами), каковой компромисс и выразился в создании СССР.

И тут (в 1922м) начался новый виток катастрофы. За предшествующий период русская интеллигенция частью бежала (от голода, репрессивных мер по его преодолению и кровавого хаоса, вызванного потерей управляемости и вмешательством внешних сил). Частью погибла (от голода, эпидемий, репрессий разных сторон и неслыханного разгула криминала). А частью стала абсолютно нелояльна новой власти, до полной системной несовместимости. А другого режима в тех условиях сложиться не могло - все конструктивные сиы сплотились вокруг этого, большевицкого, т. к. только он хоть как-то противостоял колонизации. На уровне "будем протекторатом, а не чистой колонией с резервациями". Стоило тому режиму на несколько дней ослабнуть, и вернулись бы гиперинфяция, полевые командиры и интервенты.

Беда в том, что на этом этапе кадровым резервом нового режима стали деревенские идиоты. Т. е. буквально, отребье деревень. Те, кто не имел ни имущества, ни ума, ни авторитета даже посреди убожества тогдашних русских деревень. И кому действительно нечего было терять. В 1917-22 именно они стали исполнительными подручными идейных большевиков, которым приходилось идти на такие меры, на которые нельзя было идти, абсолютно нельзя. И никак нельзя было не идти (вымерли бы от голода города, в т. ч. та самая интеллигенция, т. е. юристы, инженеры, учёные). Психика старых большевиков (в сущности, обычных социал-демократов, кстати, более умеренных, чем меньшевики и эсеры) не выдерживала, ломалась.

Идеи-то были совсем о другом: сконцентрировать супер-капитал в руках государства и вложить его в науку и технику. Всё. Ну, попугать немного сторонников старого строя, расстреляв сотню или тысячу из них (вокруг этого велись партийные споры, но в контексте ужасов Первой Мировой оно не казалось столь уж недопустимым: отживший строй вверг народы в ужасы войны и его сторонники не могут рассчитывать на пощаду). Но убивать-то пришлось миллионами.

Мы видим ожесточение, вызванное невинным вопросом о признании базовых человеческих прав (вкл. право политической борьбы за эти самые права, в т. ч. борьбы в форме политической рекламы, массовых мероприятий и образовательных проектов, объясняющих детям и взрослым существование всё тех же самых базовых прав) за сексменьшинствами. Люди готовы за несогласие убивать приятелей и друзей. Представьте только, какое значение имела проведённая большевиками "сверху" эмансипация женщин, и какое ожесточение вызывали пресловутые "комиссарки в мужских штанах и кожаных тужурках". БольшевИчки в мужских штанах - это как если бы сейчас комиссары узурпировавшей власть партии ходили в сарафанах и чулках на поясе.

А где ожесточённое сопротивление, там и террор. Сопротивление чему? Продразвёрстке (чрезвычайному военному налогу), образца австро-венгерской, германской, французской и британской. Т. е. сопротивление уплате налогов!!!! - Повторяю, у-пла-те на-ло-гов!!! - ты попробуй в США их не заплати!!!!!. А ещё было сопротивление женской эмансипации... А ведь она и до сих пор осуществлена крайне коряво, даже на Западе, и бабьей дури пока куда больше реализации потенциала женской половины человечества. Так надо было - или не надо? Вроде как, надо. Но вопрос-то (на тот, по кр. мере, момент) дискуссионный, понятно, что сопротивление было, не могло не быть, и немалое. Вот и причины террора. Большевики решили, что раз уж пришлось ломать старый уклад до основания, пришлось прибегать к террору, то уж заодно, паровозиком, протащить прогрессивные перемены (эмансипацию, атеизм)... И тут всё окончательно рухнуло в кровавую кашу.

Из такого краткого даже обзора видно, что Совок - явление сложное и не всегда однозначное. Какие-то аспкты его ослабевали, или усиливались, но ничто не проходило бесследно. Память о социал-демократическом происхождении, или панславистском "привое" сохранялась Системой всегда. Но есть и другая сторона.

Собственно, этот вопрос исчерпывающе разжевал С. Кургинян, ещё в ту пору, когда он не продался окончательно немцам и не начал бить ножом в спину русскому народу. Не раз давал ссылку на эту его статью, и дам снова: перечтите, или прочтите, кто не читал:

http://www.kurginyan.ru/clubs.shtml?cat=41&id=359
Для тех, кому лень, приведу оттуда три схемы, проясняющие суть дела.

__________________________________________

__________________________________________


ОК, в чём же тут (в расссматриваемом в данном посте вопросе) дело... Есть Система, и есть системный контекст. Применяемые в работающей Системе практики могут быть хорошими или плохими, но они обязаны быть действенными. В том, что касается социальной защиты и развития науки и техники, Система была действенной. Тут мне скажут: "Ложь! Советские наука и техника были отсталыми!". И эти люди по-своему правы. Ведь советские наука и техника действительно были отсталыми. В сравнении с небольшой группой передовых стран. В составе США, Великобритании, Франции, Германии, Израиля, Италии и, может быть, Японии. В отдельных областях ткж и стран Скандинавии и Бенилюкса, Швейцарии. Но почему сравнивать нужно обязательно с этими странами?? Они богаче, народ, в массе своей, культурней. Они при любой Системе будут обгонять, нет?

Обсуждать вопросы нужно по существу. Старая Система работала и чисто технически могла существовать ещё веками, так? Разрушение е было вызвано субъективной волей партгосноменклатуры. Отчасти из здравого стремления вывести страну из режима большевицкой чрезвычайки 1917-22 гг, отчасти, из жажды личного обогащения. Ну вот и надо разбирать, насколько и куда можно было тогда (и можно сейчас) уйти от чрезвычайки, а насколько нельзя. И в перв. оч. ключевой вопрос: Запад готов нас принять в свои ряды, или нет? Культурно мы в достаточной мере Запад, или нет? Насколько культурного единства в принципе достаточно, даже если спилить все различия? А если нет, если невозможна интеграция, если Запад из себя пытаетс извергнуть то одних, то других, то Латинскую Америку, то Германию., то Грецию, то возможно ли выживание 140 млн эрефийцев и 250 млн (или сколько там осталось) эсенговцев без восстановления какого-то аналога СССР?

А если  автаркийный аналог, то в чём и в каких пределах? Насколько возможно удержаться и не свалиться в ту же гуманитарную прОпасть? Насколько осуществима в конкретно-исторических условиях автаркия без олигофренархии? Чем приддётся заплатить за автаркию, и чем мы готовы заплатить? И чем нам всё равно придётся заплатить, даже при сохранении нынешнего курса?
Subscribe
Comments for this post were disabled by the author