asterrot (asterrot) wrote,
asterrot
asterrot

Categories:

Монстр по имени человек (окончание)

В 1920 Фрейд публично принял гипотезу Сабины Шпильрейн о влечении к смерти, позднее названном "танатосом" (или, что почти тоже самое, "мортидо"). Согласно Шпильрейн, танатос-мортидо - это воля "мы", в противоположности эросу-либидо, представляющему личную, индивидуалистическую волю. Эти идеи развил позднее Эрих Фромм, исследовавший некрофилию. Важно, что основные тезисы Фромма хорошо согласуются с современной криминалистической психологией, основанной не на психоаналитических концепциях, а на наблюдении за конкретными пациентами - серийными убийцами и некрофилами.

Шпильрейн опубликовала свою концепцию в 1912м (две Мировые войны и тоталитарные режимы она в своей работе, фактически, предугадала; сама она, как и вся её родня, погибнет в 1942м от рук нацистов в Ростове-на-Дону). Фрейд 8 лет обдумывал, не соглашался, но постепенно двигался от своей старой концепции к принятию идей Шпильрейн. Важно! Всё, что сегодня в массах называют "психоанализом", в духе пресловутых фаллических бананов, это старый, до переворота Шпильрейн, психоанализ. После переворота Фрейд почти не лечил. Старые психоаналитические практики для него обесценились, т. к. полностью основаны на ошибочных, с т. зр. фрейдизма 1920х, предпосылках.

Ранний психоанализ выглядит так. Есть либидо - энергия сексуального влечения. Все эмоции вырастают из него. Они создают иррациональные побуждения. Психическое здоровье заключается в победе рациональной воли над мерзостями либидо. Врач-психиатр должен пациенту в этом помочь. Укрепить слабую рациональность пациента собственной, ранее дополнительно укреплённой (как медицинским образованием, так и сеансами его собственного психоанализа). С конечной целью спасения цивилизации от хаоса инстинктов (и вписывания пациента в этот спасительный поток рационализации). Целью защиты, пользуясь выражением Энгельса, "частной собственности, семьи и государства" (только Энгельс-то как раз призывал их разрушить).

Ранние взгляды Фрейда с очевидностью продиктованы ему культурой талмудического иудаизма. Талмудизм - это первый в мире религиозный фундаментализм (как и вообще иудаизм - первая в мире полноценная религия), попытка подчинения всего и вся вере. Когда большевизм превратился в религию, кстати, большевики точно так же стали взвешивать каждый чих на весах своего нового фанатизма. Прочтите знаменитую статью Э. Кольмана, в которой этот идеолог террора 1930х против московских учёных (и будущий брежневских времён диссидент-невозвращенец) весьма логично обосновывает, что математика - это не просто формулы и цифры, а гнездо контрреволюции, фашизма и черносотенства.

Авторы Талмуда исходят из того, что в каждом своём действии, в каждом движении человек выражает всю свою личность, а в конечном счёте, либо свою любовь к Богу, либо богоотступничество. И поэтому должен этот самый каждый не только всякий свой шаг соизмерять со своей любовью к Богу и посвящать Ему, но и выполнять его на основе конкретных религиозных предписаний. Талмуд расписывает всё: как просыпаться, какую ногу первой свешивать с постели, какую молитву затем читать, какую после свешивания второй ноги, что делать, если ночной горшок стоит снаружи, как быть, если он под кроватью, что предпринять, если он наполовину там и там. И так расписывается (алгоритмизируется, во славу рацио), в мельчайших деталях, вся жизнь ортодоксального еврея.

Фрейд, как и миллионы других беглецов из еврейских гетто, эмансипируется от иудаизма по заветам Якоба Франка и Карла Маркса. Но идея талмудической подозрительности к каждому слову и каждому телодвижению человека им всё ещё владеет. Как и каббалистическое опасение перед нахашем - библейским змеем, трактуемым каббалистами наподобие индуистского змея-кундалини, как источник сексуальных переживаний, отвлекающих от мыслей о Боге (но одновременно отождествляемом с сатаной, представляющим сторону обвинения на божественном суде). Ранний Фрейд - это новый Савонарола на пути борьбы с человеческой сексуальностью. "А почему у тебя такие пидарские штаны?" и те пе.

Между прочим, ранний фрейдизм великолепно бьётся с рыночным фундаментализмом. Что и не удивительно, учитывая его иудаистические корни. Противостояние рацио и эмоций, как порядка и хаоса, через неудачи и лишения вынуждающее индивида во имя оптимизации собственного материального благополучия укреплять свою рациональность, конкурируя в просчитывая последствия своих решений, выборов - это чисто рыночное представление о человеке. Вообще, для самой возможности рынка по Адаму Смиту необходимо сведение всех мотивов человеческого поведения к одному-единственному инстинкту, иначе выборы становятся нетранзитивны и нестабильны. Какие могут быть цены, если вещь то стОит денег, то ничего не стОит? Если нормой экономического поведения является танатический потлач? А если копнуть чуть глубже, для рынка необходимо свести все мотивы именно к "принципу удовольствия", к гедонизму.

Поздний Фрейд ближе к полуеретическому каббалистическому дуализму и ужасу разбитых зеркал (сфирот). Он видит реальность в катастрофических тонах. Повлияли, конечно, ужасы Первой Мировой и русского большевизма, рост нацизма в Германии и Австрии. Фрейд возвращается к работам Тарда, Сигеле и Ле Бона, к идее "преступной толпы", как источника человеческого безумия. Теперь выясняется, что существует иная, куда более страшная сила, чем либидо; сила, которую Шпильрейн связывала с человеческим "мы". Но тогда либидо не следует подавлять - его следует развивать и укреплять. В кач. союзника рацио против танатоса-мортидо. Вероятно, эти мотивы присутствуют у Бернайса и, как минимум, части послевоенных психоаналитиков, заложивших основы "общества потребления", которое сегодня сносят карантинизаторы.

Первый фрейдизм ткж идейно близок отрицанию конспирологий. Если всё в человеке - либидо, или его сублимация, если различия между людьми сводятся к большему, или меньшему контролю над собственным иррациональным, т. е. уровню интеллекта, если всё человеческое поведение сводимо к пошаговым оптимизация материального благополучия, то места значительным заговорам в принципе нет. "Гений и злодейство вещи несовместные", ложь и насилие - удел примитивных личностей. Учёный не может врать, политик может, но только по мелочи. Группа не способна эффективно врать в принципе. Но если в человеке есть второй базовый инстинкт, мрачный, разрушительный, всё меняется. Интеллект может быть созидательным, а может и разрушительным. Намерения даже оч. умного и талантливого человека могут быть бесчеловечны и деструктивны. Ненависть и брутальность (танатос, как принцип "мы", как энергетика толпы) сплачивают группу лучше любви и благотворительности. Человек - не адамосмитовская милашка, это страшный кровожадный зверь, придавленный многовековой дрессировкой, но грозящий вырваться наружу ради своей единственной подлинной страсти - пыток, разрушений и убийств.

Эрос и танатос можно ткж сопоставить с идеями платоновского Федра и Политики. Низшие люди движимы раннефрейдистским "принципом удовольствия". Но высшие стремятся не к удовольствию, а к счастью - свободе от тягостного напряжения. Это тягостное напряжение разумно соотнести с танатосом, о котором во времена Платона явно знали больше, т. к. танатос того времени был ещё совершенно разнуздан. Культ Афродиты Урании, в этом контексте - культ не удовольствия, но счастья. Ну и как соотнести платоновское презрение к удовольствию и рынок Адама Смита? Экономические агенты, одни из которых одержимы эросом, другие танатосом, а третьи освобождением от того и другого, не смогут заниматься суммой локальных оптимизаций, известных, как "невидимая рука рынка". Они будут интриговать, строить коварные козни, проводить крупномасштабные диверсии, разжигать войны - короче, предпочитать минимизацию чужих выгод максимизации собственных. Такое общество нуждается в других, нерыночных инструментах как анализа, так и управления.

Повторю про танатос и некрофилию, т. е. патологическое стремление к власти, как возможности мучить и разрушать. На ранних фазах эскалации танатоса, он проявляется, как патологическая страсть к "чистоте" и "порядку". Включая ненависть ко всякого рода  "извращенцам" и "загрязнению расы". Под этими предлогами разрастается желание убивать, как таковое. На более поздних стадиях эти побуждения сменяются на противоположные, страстью к "грязи" и "хаосу", сексуальными девиациями и патологиями, суицидом. Важно: это не разовая смена с красного сигнала на зелёный. В одних проявлениях чел продолжает оставаться фанатиком "чистоты", например, расовой. В других он стремится к "грязи". Например, фанатичный нацист с болезненным удовольствием смотрит порно с трахающими голубоглазых блондинок "ниггерами". Или стремление к порядку, в смысле педантизма, остаётся, а вот стремление к чистоте меняется на его полную противоположность. Нередко полная гомосексуальность прекрасно уживается со звериной гомофобией. Некрофил убивает "грязных гомосеков", чтобы насиловать их трупы. Кастрирует жертв перед убийством, чтобы сперва сосать, а затем свирепо грызть их пенисы. Кстати сказать, среди серийных убийц процент гомосексуалистов во многие разы выше, чем в среднем в популяции (хотя % серийных убийц среди гомосексуалистов микроскопичен).

Тоталитарное мышление, со всеми его идеологическими противоречиями и разновидностями - проявления патологий некрофильского спектра. Нетерпимость к чужой воле, к чужой свободе, к чужому мнению. Массовые репрессии. Виктимный милитаризм (это такой радикальный бедеэсем с артиллерией вместо плёток и паддлов, переходящий в сугубо некрофильские убийства и расчленёнку). Война - рай для некрофила. В пылу войны кто обратит внимание на солдата, насилующего и убивающего своего товарища? Тем более, что это плохо сочетается с военной пропагандой, рисующей красочые картинки всегда удачливых и широко улыбающихся героев, в медалях и орденах. А военное начальство не любит, когда что-то или кто-то встают поперёк военной пропаганды. И оно не позволит очернять некрофилов героев. Которые и в мирное-то время в армии себя показывают, а уж на войне....

В давешнем посте (по ссылке выше) я приводил две ссылки на материалы Би-Би-Си по исследованиям шимпанзе, генетически чрезвычайно близкого к человеку (самец шимпанзе отличается от мужчины-сапиенса, а самка шимпанзе от женщины-сапиенса меньше, чем самец и самка обоих видов генетически отличаются друг от друга). Исследования показали, что при достижении численности стадом шимпанзе некого невидимого порога, шимпанзе начинают делиться на две враждующие группы и воевать до полного физического уничтожения самцов одной из групп. Очевидное проявление танатоса и феноптоза, а ткж феномена "преступной толпы". Апоптоз уничтожает клетки и целые ткани (причём, больные клетки испускают сигналы, запускающие самоуничтожение и у соседних здоровых клеток), феноптоз уничтожает индивидов и целые популяции.

Приведу список основных работ Зигмунда Фрейда после публикации докторской диссертации Сабины Шпильрейн в 2012м году.

1913 Тотем и табу.
1915 Влечения и их судьбы.
1916 Скорбь и меланхолия.
1917 Введение в психоанализ. Лекции.
1920 По ту сторону принципа удовольствия.
1921 Психология масс и анализ человеческого Я.
1923 Я и Оно.
1927 Будущее одной иллюзии.
1930 Недовольство культурой.
1939 Моисей и монотеизм.

Из них Тотем и табу, По ту сторону принципа удовольствия, Психология масс и анализ человеческого Я, Будущее одной иллюзии, Недовольство культурой и Моисей и монотеизм посвящены танатосу и/ или массовым психозам. Отчасти ткж Скорбь и меланхолия, предвосхищающая программную По ту сторону принципа удовольствия - про то же. Это показывает сферу научного интереса Фрейда после диссертации Шпильрейн, утверждавшей, что влечение к смерти следует не логике "Я", но логике "Мы". В этих работах, особенно в Моисей и монотеизм, Фрейд закладывает основы психоистории, вдохновившей Айзека Азимова на его серию Foundation.

Психоисторию развили психоаналитики Эрик Эриксон, его ученик Роберт Лифтон и особенно Ллойд де Мос, основавший одоимённый журнал. По де Мосу, дохристианская эпоха характеризуется обычаями насилия над детьми - от почти непрерывных суровых наказаний, до инцестов и убийств. По нек. данным, в донеолитическую эпоху инфантициду подвергалось до 50% всех детей. Далее общество постепенно проходит несколько кругов гуманизации вплоть до сложившегося в конце 20го века на Западе семейного стиля, характеризуемого партнёрскими отношениями с детьми. Общества с более жёсткими системами воспитания милитаризованы и тоталитарны.

Де Мос (политолог по образованию, окончил Колумбийский университет) соединил психоанализ и политическую социологию, исходя из фрейдистской убеждённости в формировании основ личности в раннем детстве. Из чего де Мос сделал вывод, что принятые в обществе практики обращения с детьми определяют склонность всего общества в целом к ксенофобии и насилию. Статья Де Моса Почему культы терроризируют и убивают детей сыграла большую роль в ходе "сатанинской паники" 1980х - 1990х. Роберт Лифтон, профессиональный психиатр, специализировался по психологии войн, репрессий, геноцида, гражданских войн, террора и тому подобных практик  Он разработчик понятия "посттравматический синдром". Особое внимание уделял Холокосту и исламскому терроризму. Ткж интересовался деструктивными культами, снялся в ряде документальных фильмов и больших телеинтервью на эту тему. Признанный эксперт в области технологий промывки мозгов (причём, обвинял в их применении не только коммунистические Китай и Вьетнам, но и американское правительство, что очень близко тезисам разоблачителей сатанизма в США 1980-90х).

Идеи деМоса хорошо бьются с идеями Адорно, Фромма и др. представителей Франкфуртской школы. А ткж с оригинальным развитием позднего фрейдизма в работах Рене Жирара, посвящённых его теории гонительских практик и коллективных убийств древности. Циклически повторяемые коллективные убийства, по Жирару, лежат в основе всех религий. Из которых Жирар выделяет христианство, выполняющее роль "подставы" для религиозных фанатиков (т. е. некрофилов). От Жирара уже совсем легко перекинуть мостик и к теории Поршнева о людоедах-неандертальцах, выведших сапиенсов в процессе искусственного отбора для питания сапиенсами (к неандертальцам и их гибридам с людьми Поршнев возводит все угнетательские системы - рабовладение, феодализм и капитализм).

В годы идейного перелома Фрейд, помимо борьбы с раком,и множества хирургических операций, измучен постоянной нищетой, т. к. не было сил и времени на работу, а десятки операций стоили немалых денег. Это, а ткж преклонные годы, затормозило его исследования и не позволило завершить создание новой системы. После его смерти большинство "фрейдистов", вкл. его дочь, отказались от идеи танатоса. Её развивали только двое крупных послевоенных фрейдистов - Мелани Кляйн и Жан Лакан. Мелани Кляйн подверглась травле со стороны Анны Фрейд, но получив сильную поддержку части британских психоаналитиков, расколола психоаналитическое сообщество в Британии на три части. Лакан ткж подвергался со всех сторон непрерывным нападкам.

Надо понимать, что поздний (второй) фрейдизм остался концептуально не завершён, а прикладной части (медицинских практик) у него вообще нет. В то же время, зрелые работы мэтра камня на камне не оставляют от "классического" фрейдизма. Ненависть, разжигаемая леваками 1980-90х к Фрейду - это ненависть изгнанных из родительского дома блудных детей. Ведь сами они прочно вросли в (переосмысленный Вильгельмом Райхом) ранний фрейдизм и его практики (особенно в части культивирования ЛГБТ и трансгендерства). А поздний фрейдизм сложен и незавершён, тут надобно думать и искать, экспериментировать, низвергать идолов, входить в конфликт с элитой. К чему это разжиревшим котам?


Создатели фильма 1982 года Pink Floyd The Wall увидели фашизм по позднему Фрейду: как бездушную
"машину", толпу, состоящую из тысяч масонских молотков, построивших Стену между людьми.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 39 comments